Афиша театров Москвы на 14 октября 2026

«Защита Лужина» — один из наиболее известных романов писателя Владимира Набокова. Опубликован в 1929—1930 годах. Это произведение о бегстве от жизни в игру или творчество, а также о неизбежном столкновении с повседневной реальностью. В основе сюжета лежит история жизни шахматного вундеркинда — Лужина, человека очень необщительного, довольно странного, полностью погруженного в шахматы. Важного в романе много: тема отца, семьи, эмиграции, наконец – творчества: в центре истории творческий человек с невероятными способностями, можно сказать – гений. Режиссёр Владимир Данай: «Роман «Защита Лужина» потрясающий, и удивительно, что у романа нет истории постановок. Возможно это связано со сложностью инсценировки. Я ставил себе задачу для сценической композиции – составить ее именно из текста Набокова, и так и сложилось, что 99,9% – авторский текст. Набоков предлагает сложную конструкцию повествования. И такую задачу он намеренно ставил перед собой. В письме к сестре Набоков говорил, что никогда больше так сложно писать не будет, но чуть позже написал роман «Дар», где тоже очень непростой текст. Лужина можно сравнить с Моцартом, так как в детстве он тоже был очень способным ребенком, у него было «звездное» детство, а потом в юности все обрушилось в какое-то непонимание обществом, потому что Моцарт не знал, как «правильно» себя вести, как «принято», как «надо», он привык к другой жизни. В этот момент у него как раз и начинается трагедия: он вырастает и становится хорошим музыкантом, но абсолютно невоспитанным и не приспособленным к «взрослой» жизни. Здесь определённо есть схожесть с персонажем Набокова».

«Он начал необыкновенно», – воскликнул Иван Тургенев, прослушав в чтении Александра Островского его первую пьесу «Свои люди – сочтемся». Но при всей незаурядности театра Островского одна из самых особенных его пьес – комедия «Последняя жертва». Написанная в последний период жизни, она как бы вбирает в себя все важнейшие творческие открытия российского Шекспира, прозвучавшие во многих и многих его шедеврах. Произведение несет в себе совершенно новый житейский и художественный образ купца современной укладки, дельца крупного размаха, не замкнутого российскими границами, честного предпринимателя, умного русского капиталиста Флора Прибыткова. Речь пойдет об умном меценатстве и о крепкой предпринимательской хватке, выводящей патриархальную Россию на мировые просторы равного, а подчас и приоритетного делового партнерства.

Режиссер Алексей Дубровский выпустил в Малом театре свой четвертый спектакль. На этот раз для постановки он выбрал две комедии А.Н.Островского «Праздничный сон – до обеда» и «За чем пойдёшь, то и найдёшь (Женитьба Бальзаминова)», объединив их под общим названием «Женитьба Бальзаминова». Главный герой – неунывающий оптимист Миша Бальзаминов, который всеми способами ищет не только богатой невесты, но и чувств, порой сам не понимая зачем. «Работая над спектаклем, я обратил внимание на то, что практически все герои замечательной трилогии Островского про Мишу Бальзаминова вместо реалий повседневности живут иллюзиями и мечтами, – рассказывает Алексей Дубровский. - Мечтает о счастье сына Павла Петровна Бальзаминова, чает большой любви Домна Евстигневна Белотелова, ждёт возможности широко «развернуться» и применить всю свою богатую фантазию сваха Акулина Гавриловна Красавина, своими представлениями о любви живут Капочка и Устинька, а, главное, совершенно неприспособлен к реальному миру главный герой, Михайло Дмитрич Бальзаминов. Александр Николаевич так мастерски и с любовью описал этих «витающих в облаках» персонажей, что единственный трезвомыслящий человек, Нил Борисыч Неуеденов, говорящий о разумных и верных вещах, выглядит на их фоне малоприятным и отталкивающим. Стало понятно, что для создания спектакля по такому многослойному при всей обманчиво кажущейся простоте материалу не обойтись без наших прекрасных ведущих артистов».

В усадьбе Прозоровых по случаю именин младшей из сестер намечается веселый праздник в кругу эксцентричных гостей. Уже мерещится новая, счастливая жизнь, в которой у каждой из сестер свои мечты. Ирина ищет смысл в работе, Ольга мечтает найти счастье в личной жизни, а Маша пытается убежать от скуки. Но с каждым годом желание что-то менять становится призрачней, и они все больше вязнут в мистическом мороке, окутывающем их дом. «Три сестры» Саши Золотовицкого балансируют между повседневной реальностью и воспаленным сном – с ритуальными обрядами и метафорами болезненных иллюзий. Гротескные, похожие на сомнамбул образы героев усиливают беспощадную правду чеховской жизни. Оторваться от налипшего слоя интерпретаций канонического текста режиссеру удается через современный культурный код и иронию. Абсурд, прорастающий как «сорная трава», отсылки и цитаты других произведений искусства, которыми насыщен спектакль, не отменяют чеховский дух. Здесь все так же через иронию поднимаются экзистенциальные вопросы, а аккомпанементом к боли звучит смех.

Диалоги в трех частях в исполнении трех молодых артистов Театра армии – Дмитрия Оболонкова, Карины Балашовой и Александра Рожковского. Действие начинается в марте 1942 года в блокадном Ленинграде «в одной из немногих уцелевших квартир в полуразрушенном доме на Фонтанке». Любовь, возникшая во время войны, в страшное и холодное время, возможно, и помогает героям выжить. «Взялся за этот текст, потому что пьесы Арбузова и «шестидесятников» написаны живыми словами, не выдуманы – для меня в любом тексте это очень важно. В пьесе «Мой бедный Марат» историческая память становится живым, осязаемым сюжетом. Это в первую очередь о людях на фоне исторических событий, в предлагаемых обстоятельствах. То, как люди живут, общаются, те неудобные, некрасивые, но нежные и детские ситуации, в которых не хотел и одновременно хотел бы оказаться каждый человек, здесь все настолько понятное, живое, юношеское и светлое. Это и есть в моем понимании та драматургия и тот театр, которые необходимы нам сейчас», – говорит режиссер Иван Судаков. У пьесы Алексея Арбузова, написанной в 1964 году, успешная сценическая жизнь – она была поставлена десятки раз в России и за рубежом. Театр армии обратился к ней одним из первых в 1965 году, постановка Леонида Хейфеца считается одной из «канонических».