Дирижёр Уильям Лейси — концерты и спектакли в Москве

Создавая «Свадьбу Фигаро», Моцарт и его знаменитый либреттист Да Понте, кажется, вывели формулу идеальной комической оперы. Тут и лихо закрученная интрига со стремительно развивающимся действием, и невероятно обаятельные персонажи, и постоянные переодевания героев... «Свадьбу» переполняет радостная стихия игры, карнавала, но есть в ней и пронзительные лирические моменты, и глубокий драматизм. Эта опера очень любима певцами и дирижерами и очень соблазнительна для режиссеров: она как запутанный лабиринт, ходы которого «просчитывать» непросто, зато очень увлекательно. Ставить спектакль на Новой сцене Большого был приглашен известный театральный режиссер Евгений Писарев: «Действие оперы перенесли в какую-то условную середину XX века – это могут быть 50-е, или 60-е, или 70-е годы. Это послевоенное время с характерным для него желанием жизни, радости и праздника. И спектакль, конечно же, будет про любовь. Потому что здесь влюблены все – и Марселина, и Керубино, и Граф. Все изменяют друг другу – но не мучительно, а как-то радостно и вдохновенно. И все не очень владеют собой – слишком много тестостерона, энергии жизни, жажды радости и счастья. Мне кажется, что в этом и есть некое моцартианство...».

Вольфганг Амадей Моцарт определил жанр своего «Дон Жуана» как dramma giocoso, то есть «веселая драма». Если не считать это словосочетание конкретным жанром, то можно увидеть, что оно – совершенный оксюморон. «Дон Жуан» содержит загадок и противоречий больше, чем любая другая опера. Здесь перемешались игра и реальность, маски и лица, чувственность и холодное нравоучение. Непонятно, где заканчивается одно и начинается другое. Моцарт и его либреттист Лоренцо да Понте написали «Дон Жуана» для Праги, где в 1787 году и состоялась премьера оперы. Пражане приветствовали новое сочинение Моцарта совершенно неистово. Последовавшая затем постановка в Вене не имела столь восторженного отклика. Император Иосиф II заметил, что «Дон Жуан» оказался не по зубам его венцам. Он вряд ли мог тогда предположить, что попытки разгадать «Дон Жуана» будут бесконечны. Сегодня моцартовский «Дон Жуан» по-прежнему остается неразгаданной оперной тайной.