Режиссёр Саша Золотовицкий — спектакли в Москве

Создатели спектакля определяют жанр как «антикомедия» и идут по пути исследования границы рационального и животного в человеке, констатируя победу последнего. В спектакле много дерзкой живой музыки, гротесково-клоунадного начала и площадного юмора, сближающего Шекспира с газетными заголовками сегодняшнего дня. «Проведя с Уияльмом Шекспиром полгода, мы в очередной раз убедились, что это интонации нашего времени: юмор, герои, злободневные понятия харасмента, бодишейминга, движение #MeToo», – отмечает режиссер Саша Золотовицкий. По его словам, в пьесе представлены обычные люди, застигнутые врасплох собственной природой, не способные подчинить разуму, даже очень развитому, хотя бы свое тело. Тем не менее это, по мнению творческого коллектива, не делает их монстрами. Артистам интересно исследовать именно эту растерянность и беспомощность человека перед встроенными инстинктами. Спектакль вырос из Лаборатории игрового театра, прошедшей в январе 2023 года и приуроченной к юбилею Андрея Гончарова. Участники исследовали актуальное звучание пьес Уильяма Шекспира и Мольера. Три эскиза отобраны для постановки в Театре Владимира Маяковского.

В усадьбе Прозоровых по случаю именин младшей из сестер намечается веселый праздник в кругу эксцентричных гостей. Уже мерещится новая, счастливая жизнь, в которой у каждой из сестер свои мечты. Ирина ищет смысл в работе, Ольга мечтает найти счастье в личной жизни, а Маша пытается убежать от скуки. Но с каждым годом желание что-то менять становится призрачней, и они все больше вязнут в мистическом мороке, окутывающем их дом. «Три сестры» Саши Золотовицкого балансируют между повседневной реальностью и воспаленным сном – с ритуальными обрядами и метафорами болезненных иллюзий. Гротескные, похожие на сомнамбул образы героев усиливают беспощадную правду чеховской жизни. Оторваться от налипшего слоя интерпретаций канонического текста режиссеру удается через современный культурный код и иронию. Абсурд, прорастающий как «сорная трава», отсылки и цитаты других произведений искусства, которыми насыщен спектакль, не отменяют чеховский дух. Здесь все так же через иронию поднимаются экзистенциальные вопросы, а аккомпанементом к боли звучит смех.