Михаил Коноваленков — спектакли в Москве

По роману Ю. Г. Слепухина «Перекрёсток» Действие охватывает последние предвоенные годы в СССР — с 1936-го по июнь 1941-го. Для четверых друзей будущее еще сияет ослепительной яркостью. Бойкая Таня грезит о славе писательницы, принципиальный Сережа — о заводах-автоматах, скромная умница Люся видит себя учёным. А их друг Володя разрывается между расчётами ракетных двигателей и тайнами реинкарнации, задаваясь вопросом: сколько жизней нужно, чтобы долететь до Марса? «Эта история — из цикла о Великой Отечественной войне, но в этом романе, первой части цикла, нет сражений, почти нет войны. Зато есть юные мечтатели, которые вскоре окажутся на её фронтах. Там, конечно, им придётся резко повзрослеть. Мне нравится смотреть на ушедший мир их глазами — отсюда и название «Первая любовь последнего года». Это взгляд из сердца поколения, оказавшегося на переломном перекрёстке эпохи. Взгляд конкретных людей с именами и судьбами, которых мы с артистами полюбили за их искренность, фантазии, шутки, срывы, за совершённые ими глупости, за их неожиданную мудрость и смелость. Для нас они живы. Наш спектакль — коллекция «оставшихся в памяти отдельных разорванных впечатлений», мыслей и чувств, которые сохранил для нас талантливый писатель Юрий Слепухин» (Анатолий Шульев).

Роман в четырёх книгах «Иосиф и его братья» Томаса Манна (одного из крупнейших и признанных в мире писателей XX века, лауреата Нобелевской премии по литературе, 1929) – самое большое по объёму и масштабу событий произведение автора. В центре внимания писателя – библейская легенда из Книги Бытия: история об обмане и предательстве братьев, об их раскаянии и прощении, о примирении друг с другом и со своим отцом, которого они жестоко обманули. «Иосиф и его братья» – произведение, «внушённое той заинтересованностью в человеке, которая не замыкается в рамках индивидуального, а распространяется на общечеловеческое, – окрашенную юмором, смягчённую в своем звучании иронией, я сказал бы даже: стесняющуюся заговорить во весь голос поэму о человечестве» (Томас Манн). Роман, написанный с «шутливой серьёзностью», по сути своей, отражает дух Вахтанговских традиций, в которых фантастический гротеск сочетается с глубиной проживания.

Пьесу «Обыкновенное чудо» Е.Л. Шварц, по его собственному признанию, сочинял 10 лет, потому что особенно дорожил ею и работал над ней только в те часы, «когда чувствовал себя человеком». Евгений Львович посвятил эту работу жене Екатерине Ивановне; они поженились за 15 лет до выхода пьесы. Фраза, произнесённая в самом начале, с буквальной точностью передаёт мысли драматурга: «Пятнадцать лет я женат, а влюблён до сих пор в жену свою, как мальчик, честное слово!». Николай Чуковский: «Верил ли Шварц в возможность побеждать зло искусством или не верил, но пьесы его полны такой горячей ненависти к злу, к подлости всякого рода, что они обжигают… И хотя пьесы его – сказки, и действие в них происходит в выдуманных королевствах, зло и добро в них – не отвлечённые, не абстрактные понятия.»

Блистательный спектакль выпускников одного из лучших театральных вузов мира – Театрального института имени Бориса Щукина – по одноименной повести Джона Стейнбека. У пары приятелей Джорджа и Ленни, на первый взгляд, нет ничего общего, кроме того, что они вместе ищут работу и мечтают о независимой обеспеченной жизни. Им надоело гнуть спину на чужого дядю; собственная ферма, где они будут разводить кроликов и весело безбедно жить, – мечта-мираж, сколь утопическая, столь и заманчивая. Ради нее стоит рискнуть всем. По крайней мере, попытаться! Пронзительная история о выборе и чести, об одиночестве и о мечте, о суровом мире и хрупком сердце, о настоящей дружбе и об истинном гуманизме ставит вопросы, на которые герои Джона Стейнбека пытались найти ответ век назад и которые все также актуальны сегодня.

Оригинальная пьеса, написанная по заказу театра, по мотивам произведений Эмира Кустурицы. Галина Зальцман, режиссёр: «Мне с юных лет нравятся фильмы Эмира Кустурицы. В них есть свобода, умение смеяться в самых грустных местах и парадоксальное поведение людей, что довольно часто встречается в реальной жизни: просто не все это замечают. Можно ли ясно провести границу между реальностью и мифом в фильмах Кустурицы? А можно ли провести такую границу в наших рассказах о жизни? Как только мы начинаем что-то рассказывать, реальность сразу наполняется мифом. Больше всего мне нравится то, что Кустурица всегда рассказывает про людей, он удивительно умеет видеть человека – такого человека, который порой не знает «где его место в этой истории». На мой взгляд, главное качество Кустурицы – умение смотреть на мир с позиции любви. У него всегда есть герой, не похожий на стереотипного героя; война, которая, прикидываясь балаганом, подбирается всё ближе; и любовь, которая всё победит.»