Максим Литовченко — спектакли в Москве

Прельстившись изнаночной стороной жизни театра, главный герой, молодой автор Максудов, обретает свой мир, который становится его же проклятием. Театральная очерченность волшебного мира, его закулисье, напоминает путешествие без карты. Здесь, как во сне, все время происходит что-то непостижимое, по законам другой, театральной, правды и иной логики. Несколько кафкианской. Очарование, влюбленность разбились о жестокость и непредсказуемость театрального мира. Театральный человек – личность, воспринимающая жизнь по законам сцены. Это делает его и уязвимым, и безжалостным. Для одиночки-автора соблазн волшебного чарующего мира – в коллективной кипучей деятельности, которая ничем для него не кончается. Одиночка оказывается вытесненным наружу. Максудова раздирает двуединое противоречивое чувство любви-ненависти. Очарованность сменяется отчаянием. Театр не прощает никакой эйфории, никаких восторгов. Театр причиняет и боль, и радость. Чего больше? У каждого по-своему. Подробно о спектакле – на сайте театра.

В Петербурге появляется итальянец-импровизатор, желающий выступлением в свете поправить свое финансовое положение. Жребий в качестве темы для импровизации выбирает историю о Клеопатре и ее любовниках… В тексте работы Петра Фоменко использованы произведения Александра Пушкина и Валерия Брюсова, «дописавшего» неоконченную поэму «Египетские ночи». Легкое дыхание пушкинской прозы и основательность брюсовской поэзии, хрестоматийные стихотворения и неоконченные наброски, поэтические вариации и навеянные стихами воспоминания, шорох и ярмарочная праздничность импровизации... Из шуток и веселого безумия, целомудренного лиризма и саркастичной самоиронии, «из клочков недоговоренного, из хаоса обрывков складывается цельное, на первый взгляд веселое и удивительно нежное театральное сочинение». Подробно о спектакле – на сайте театра.

Сюжет пьесы – афера с поддельными векселями – становится фоном для изящного кокетства, хитроумного мошенничества и тонких интриг. Люди обманывают друг друга и обманываются сами. Наивные и практичные, слабые и сильные уравниваются несбыточностью своих ожиданий. Старая дева помещица Мурзавецкая – настоящий хищник, имеющий «большой вес в губернии», попадается в сети своих же интриг. Наивная вдовушка Купавина по-женски слаба и кокетлива, бесхитростна, но не глупа, и понять, что руководит поступками этой «овечки» – простодушие или расчет – необычайно трудно. «Неисправимый холостяк» Лыняев попадается в сети обольстительницы Глафиры… На свете все волки и овцы, волки и овцы… При этом в спектакле, поставленном по одной из самых известных пьес «бытописателя» Александра Островского, нет душной затхлости купеческого быта. Но есть переливы света, и «разомкнутость» пространства, и легкая грусть, и поэзия ушедшего мира русской усадьбы – чеховский импрессионизм, и, конечно, юмор.

В сценической композиции по произведениям Александра Пушкина «Триптих» Петр Фоменко соединил три, на первый взгляд, совершенно разных произведения: шуточную поэму «Граф Нулин», одну из «Маленьких трагедий» «Каменный гость» и «Сцену из Фауста». Поставленные в необычном пространстве, объединяющем Малый зал и зрительское фойе, три акта «Триптиха» – это три отдельных спектакля, обособленные по жанру и стилистике. И в то же время пушкинский спектакль «Мастерской» – цельное театральное произведение, скрепленное пушкинским словом, связанное нитями мыслей и идей: об «игре любви и случая», смерти как плате за любовь, искушении судьбы и борьбе с роком, отрицании и сомнении против легковерности и нежности…