Вышла книга архитектора Евгения Асса «9П» к его 80-летию

В издательстве Ad Marginem вышла книга «9П» — сборник текстов архитектора и основателя школы МАРШ Евгения Асса. Издание приурочено к 80-летию автора и включает его статьи, лекции и интервью разных лет. Структура книги родилась из наблюдения самого Асса: он заметил, что многое из того, о чём он думает, начинается на букву П — от пространства и простоты до памяти и поэзии. По словам автора, книга получилась небольшой и вышла в текстильной обложке, которая ощущается одновременно как скетчбук и как личный дневник.

Архитектура и текст

Асс считает архитектуру неразрывно связанной с текстом, поскольку фундаментальные основания человеческого сознания возвращают нас к понятию языка. Он не согласен с семиотическим толкованием архитектуры в духе Умберто Эко, но признаёт, что формы построения текста в живом языке связаны с построением архитектурной формы. Архитектор ссылается на журнал нью-йоркского архитектурного общества, который двадцать лет назад издал номер под названием «Writing in Architecture» — речь в нём шла не о текстах об архитектуре, а о письме как неотъемлемой части архитектурного творческого процесса.

Асс подчёркивает, что текст оказывается единственным средством, позволяющим описать среду во всей её полноте, как нечто большее, чем сама архитектурная форма. Рисунок, будучи очевидным инструментом архитектора, не способен выразить запахи, элементы атмосферы, холод или тепло, голоса. Он приводит в пример книгу Франко Ла Чекла «Against Architecture» и историю писателя Орхана Памука, который собирался учиться на архитектора, но, погружаясь в атмосферу различных улиц и домов Стамбула, понял, что его переживания не могут быть описаны в терминах архитектуры, и решил стать писателем. Асс говорит, что постоянно заставляет своих студентов описывать свои ощущения, упрекая архитекторов в «изоцентричности» — сосредоточенности на визуальной составляющей мира в ущерб онтологии, забывчивости о том, что это не просто линии, а миры, в которые они погружают людей.

Архитектура зимы

Снег в восприятии Асса — единственная плотная атмосферная субстанция, материал скульптуры и архитектуры, особенно в детстве. Его белизна на несколько месяцев совершенно изменяет конструкцию мира в наших широтах. Асс давал студентам задание описать, что меняется в городе с наступлением зимы кроме цвета: улицы становятся скользкими, тротуары уже, возникают новые проблемы передвижения. Мороз, пар изо рта, тёплая одежда меняют конфигурацию быта и жизни людей. Он вводит понятие «зимняя энергия» и противопоставляет наше восприятие жизни в ритмических циклах восприятию людей южных регионов, где сезоны не обозначены ясными границами. Асс усматривает в этом источник остроты восприятия лета и объясняет скандинавскую литературу (Стриндберга, Ибсена) кратким периодом, в который выплёскиваются энергия и страсти, прежде чем затихнуть на восемь месяцев.

Сравнивая Москву и Петербург, Асс говорит, что Петербург скорее построен для лета, а само название Зимнего дворца подчёркивает его исключительность. Московский текст, по его словам, зимний — отсюда восходит образ у Пастернака «Мело, мело…» всё завалено. В Москве, полагает архитектор, есть деревенский, немного усадебный дух, здесь должно быть много снега. У Асса было несколько иронических проектов, связанных со снегом: круглогодичная снежная горка на Манежной площади, где можно кататься на лыжах и санках; животное, которое питалось бы снегом и решало бы одновременно проблемы его уборки и продовольствия (проект 1990-х); специальные снежинки заранее заготовленной формы для торжественных случаев, которые падали бы большими хлопьями в дни праздников и юбилеев.

Живя на последнем этаже, Асс часто просыпается от того, что дворники сбрасывают снег с крыш, и видит в этом потенциал для ритуала. Он предлагает устроить «День сбрасывания снега с крыш» как целое событие с прожекторами и красивым зрелищем вместо хозяйственного занятия, доставляющего всем неудобство. Асс замечает, что зимой важно сохранение тепла, и ссылается на исторический опыт городских костров для извозчиков. Он считает эту тему не менее актуальной для наших широт, чем летние фонтаны, и предлагает, чтобы фонтаны зимой излучали тепло и приносили большую пользу.

Архитектура и цвет

Цвет архитектуры может быть естественным, приобретаемым за счёт материала, или искусственным — за счёт окраски; это две совершенно разные темы. Асс отмечает, что по многим данным античная архитектура была раскрашена, однако представить Парфенон с аляповатыми красками трудно, в то время как раскрашивание египетских храмов кажется более приемлемым. В любом случае, это раскрашивание имело смысл, связанный не столько с попытками оживить архитектурные формы, сколько с символическими смыслами, которые ускользают от нас.

После античности цвет в архитектуре существовал только как цвет материала и вновь возникает с появлением штукатурки. Асс видит принципиальную разницу между цветом пигмента штукатурки, являющимся естественной частью поверхности, и покраской поверх штукатурки и шпатлевки — последняя становится лишним слоем, отражающим разные философии использования материала. Краска не принадлежит материи здания, она поверхностный слой, предмет спекуляции. Архитектор выступает защитником серого цвета как органичного для архитектуры: он примирительный, не оскорбительный для глаза, не приговор. Серый не кажется ошибкой в Палаццо Канчеллерия, а полноценный серый бетон у Тадао Андо или Петера Цумтора — лучше придумать невозможно. Асс в настоящий момент строит дом, построенный на соотношении разных серых, и по преимуществу работает простым карандашом.

Для Асса серый — не столько цвет, сколько тон, абсолютный звук, обладающий нулевым уровнем эмоциональности. Он проводит параллель между словарём писателя и колористическим словарём художника: у Миса ван дер Роэ он очень скудный, а у Ле Корбюзье — сотня или полторы цветов. В барселонском павильоне Миса ван дер Роэ вся цветовая гамма построена только на естественном цвете материалов: зелёный мрамор, серый мрамор, жёлтый оникс, белая штукатурка, полированная никелированная сталь и вода. По мнению Асса, сегодня в архитектуре цветом злоупотребляют — цвет разрушает тектонику или начинает играть роль, снимающую напряжённость архитектурной формы. Он не любит декоративно-оформительское начало в архитектуре и считает, что архитектурная форма сильнее проявляет себя в колористической нейтральности. Здесь он проводит аналогию с чёрно-белой фотографией и кино, где напряжение формы и содержательность больше, чем в цветном, отчего переход к цветному кадру был для многих режиссёров болезненным. Семантика цвета и семантика формы, заключает архитектор, всё же разные.

Источник: Москвич Mag

Куда сходить в Москве — в нашей афише событий Москвы: концерты, спектакли, выставки и кино. Что идёт прямо сейчас — мероприятия в Москве сегодня.