Натюрморт, портрет, пейзаж: выставка «После жанра» в «ГЭС-2»

Дом культуры «ГЭС-2» и официальный партнер проекта Сбер представили три выставки в одной: три пространственных визуальных эссе о потреблении, экологии и личности, построенные на жанрах натюрморта, пейзажа и портрета. Сами жанры здесь скорее служат формальной основой экспозиции, чем становятся предметом строгого искусствоведческого анализа, теоретической деконструкции или изучения миграции образов.

Натюрморт

Раздел «Натюрморт» посвящен цене, ценности и символической экономике вещей. Открывается он работой Франса Снейдерса, антверпенского живописца времен после Нидерландской революции. Тогда Голландия вышла из-под власти Испании, а Фландрия осталась во владении Габсбургов, и Нидерланды де-факто разделились на два государства. Фландрия лишилась прямого доступа к океанским торговым путям, внешняя торговля резко сократилась, и вырос внутренний рынок. Рыбные развалы на картинах показывают, как при невозможности дальнего плавания развивается прибрежное рыболовство.

Кураторы выбрали из наследия Снейдерса картину «Повар у стола с дичью» из собрания Эрмитажа. Помимо фазанов, на ней повар, которого, вероятно, написал Ян ван Букхорст, готовится разделать и подать павлина. В выставочном контексте эта картина читается как метафора потребления напоказ. В пандан к ней установлена инсталляция Дмитрия Цветкова «Пир», созданная совместно со студентками Школы дизайна НИУ ВШЭ Александрой Бочеверовой, Камиллой Джафаровой, Виолой Иосифовой и Варварой Полторакиной. Это продовольственный избыток из обманок и тромплёев, еще одна отсылка к барочным жанрам.

В раздел также включены видео с мукбангами, которые кураторы рассматривают как дигитальные реди-мейды. Мукбанг — это видеоблог, в котором ведущий на камеру поглощает большие количества еды и периодически обращается к зрителям. Жанр таких любительских роликов варьируется от расслабляющих ASMR до тревожного контента. Многие блогеры, по приведенным сведениям, еду на самом деле не глотают, а только пережевывают и выплевывают. Таким образом, выставка переходит от барочной услады к ситуации перепотребления и циркуляции псевдоудовольствия.

Этот же раздел включает витрину виральной моды: объекты fashion-индустрии, сделанные в виде чего-то внеположного миру моды. Самый известный пример — сумка-голубь JW Anderson, в которой снова возникает тема барочной обманки. Такие объекты часто оказываются малофункциональными и неудобными, однако их символическая ценность, по тексту, перевешивает практические соображения. Пространство между модой, дизайном и арт-объектами перекликается с инсталляцией Марселя Бротарса «Декор. Завоевание». Художник противопоставляет разработанный им поджанр «Декор» стерильным пространствам «белого куба». Два пространства посвящены XIX и XX векам, и в каждом собраны расхожие атрибуты комфорта и милитаристские артефакты соответствующего столетия. Работа критикует и развивает категорию интерьера: музейного, галерейного, частного. Она также отсылает к жанру «кабинет любителя искусства».

Пейзаж

Второй раздел посвящен экологической проблематике и феномену цифровизации ландшафта повседневности. Пуантилизм, который относят к объективистским устремлениям живописи XIX века, здесь рассматривается как предвестие пикселизации. Попытки разложить механизм человеческого восприятия на составляющие и создать картину «объективной видимой реальности» привели к живописи из точек, которая реальность напоминает лишь отдаленно. Пиксели, в свою очередь, создают мир ирреальный, но способный миметически воспроизводить действительность. Соотношение этих приемов в тексте названо скорее художественной омонимией, чем рифмой.

Экологическая тема в разделе раскрыта через работы, посвященные разрытой земле, скважинам и червоточинам. Два лейтмотива раздела связаны между собой: для цифровизации расходуются земные ресурсы, и реальный пейзаж приносится в жертву дигитальному. Вся экспозиция выстроена по принципу диминуэндо: от пышного и парадного «Натюрморта» к более сдержанному «Пейзажу» и затем к лаконичному «Портрету».

Портрет

Третий раздел занимает один зал, который описан как камерная капелла. В нем пять автопортретов Казимира Малевича из российских музейных собраний соседствуют с объектом Андрея Монастырского «Палец». Многочисленные ассоциации, которые вызывают автопортреты Малевича, от венецианского дожа до проповедника, контрастируют с лаконичностью объекта Монастырского. Его называют абсолютным портретом. Зритель должен сунуть руку в одно отверстие и вынуть ее из другого, расположенного так, что палец будет указывать на лицо.

По описанию, объект выражает «я» как факт, и этот портрет оказывается истинным для каждого, кто решит с ним взаимодействовать.

Жанры

Русская система жанров сложилась в книге Ивана Урванова «Краткое руководство к познанию рисования и живописи исторического рода, основанное на умозрении и опытах», написанной на излете XVIII века. Урванов выстроил иерархию жанров, описал предмет каждого из них и умения, необходимые живописцу. Высшей задачей он считал картину «большого исторического рода»: на мифологический, библейский или исторический сюжет, прославляющую человеческие деяния. Предполагалось, что такая картина аллегорически отзывается на текущую социальную ситуацию. Остальные жанры рассматривались как ступени к этому высшему жанру.

В тексте отмечается, что, говоря о классических жанрах сегодня, нельзя обойти исторический. Создание исторического полотна на тему современности, мечту социально ориентированных художников середины XIX века, выставка, по мнению авторов текста, и ставит своей задачей. Подспудные жанры, мастера, медиумы и вопросы современности здесь служат монументальному высказыванию кураторов.

Источник: The Art Newspaper Russia

Куда сходить в Москве — в нашей афише событий Москвы: концерты, спектакли, выставки и кино. Что идёт прямо сейчас — мероприятия в Москве сегодня.