Владимир Кузнецов — спектакли в Москве

Лирическая комедия по мотивам фильма Эрнста Любича «Ниночка», снятого в 1939 году. Красивая история, легкий и понятный юмор, яркий актерский состав и самое главное – любовь! Из той России, где рычат медведи вместо львов на логотипе главной кинокомпании, водка пьется вместо шампанского, а за окном – снег вместо розовых лепестков, в капиталистический Париж прибывают советские партийные работники – Ниночка с прелестными ямочками и суровым характером, а с ней «джентльмены удачи» Бульянов, Иранов и Копальский. Их опьяняет мир роскоши и свободы, ее – мир любви. «Веселые времена» – это стильно, музыкально, легко и задорно – так, как это умеет делать режиссер Михаил Рахлин.

Авлабар – один из старейших районов Тбилиси и место действия знаменитого водевиля Авксентия Цагарели «Ханума», написанного в 1882 году. Это история о соперничестве двух свах – Ханумы и Кабато, каждая из которых предлагает свою невесту старому князю Васо Пантыашвилли. История смешная, эмоциональная и в чем-то наивная, как эмоциональны грузинские тосты, как бесхитростна живопись Пиросмани. «Ханума» стала особенно желанной гостьей на театральных подмостках в версии комедиографов Бориса Рацера и Владимира Константинова, полвека назад переписавших оригинальную пьесу для Георгия Товстоногова и Большого драматического театра. Но в театре зрителей ждет совершенно новая «Ханума» – в новом переводе, с новыми песнями и диалогами, созданными специально для Московского художественного театра. Автор перевода – Нина Шадури, инсценировка – Андрея Галанова и Шабана Муслимова, музыка – Сергея Чекрыжова и Дмитрия Чувелева, авторы стихов – Мария Безносова и Владимир Руднев.

Главный герой романа Саши Соколова – ученик спецшколы, которую в просторечии называют «школой для дураков». У него раздвоение личности и сложные отношения со временем. «Быть» для него равняется «был» и «буду», поэтому ход событий в его сознании нелинеен и даже смерть обратима. Он живет у реки под названием Лета, ведет диалог с самим собой, не видит границ между реальностью и фантазией. Пересказать сюжет книги Саши Соколова невозможно, поэтому спектакль Дениса Азарова в некотором роде бессюжетен и вариативен. Возможно, главный герой – взрослый человек, который вспоминает события детства. Или мальчик, у которого произошло обострение после продажи дачи. Или мальчик, у которого произошло обострение после смерти учителя. А может, он мальчик, который придумал все это, скучая в больнице. А может, у каждого зрителя сложится свой сюжет…

Жанр своего спектакля именитый режиссер и балетмейстер Алла Сигалова определила как отражение памяти в двух частях с прологом, музыкой и танцевальными этюдами. Этюды на знаковые темы XX века складываются в хронологию столетия: от чеховского «Вишневого сада» до празднования Миллениума через революции, войны, оттепель, полет Юрия Гагарина, Олимпиаду-80, рынок и малиновые пиджаки 90-х. Меняются поколения и мода, но вновь и вновь люди встречаются и расстаются – Лара и Юрий Живаго, Айседора Дункан и Сергей Есенин, Владимир Маяковский и Вероника Полонская, герои Антона Чехова, Александра Вертинского, Геннадия Шпаликова, Александра Вампилова, Андрея Тарковского. Этот спектакль по либретто Аллы Сигаловой и Константина Эрнста – жест любви и уважения тем людям, той музыке, тому времени.

Спектакль приурочен к 90-летию народного артиста России Станислава Любшина. Жизнь писателя Александра Куприна своею насыщенностью и пестротой напоминает приключенческий роман. Кем он только ни был, оставив в молодости воинскую службу и скитаясь по стране в поисках своего места и дела. Есть в его биографии и страницы, связанные с театром: служил суфлером, актером на выходах и даже по совету Антона Чехова собирался поступать в труппу художественного театра. Это нашло отражение в творчестве: театру и судьбам жрецов посвящено не одно произведение Александра Куприна. В основе инсценировки Кирилла Вытоптова, созданной при участии Александра Баргмана, – сюжет повести «На покое» об актерах, переживших свою славу. Коротая дни в доме призрения, они живут прошлыми успехами и давними обидами и привычно превращают быт в то, без чего не могут дышать, – в театр. Этот, казалось бы, печальный сюжет с азартом, смелостью и самоиронией играют артисты старшего поколения мхатовской труппы.

Весь мир – театр. А может быть, весь мир – сумасшедший дом, а люди в нем – пациенты? Действие пьесы Венедикта Ерофеева «Вальпургиева ночь, или Шаги командора» разворачивается в психиатрической больнице. Обитатели ее третьей палаты с виду обычные изгои и маргиналы, на деле же – обаятельные чудаки и мудрецы, подкупающие своей спонтанностью и непосредственностью. Чем вызван их уход из социума? Отвержением общества, которое не принимало инаковость, или это сознательный выбор – отказ от принятых норм в пользу юродства, дарующего внутреннюю свободу? Третья палата лечебницы напоминает древнегреческий полис, государство в государстве: здесь ведутся споры не на жизнь, а на смерть и решаются сложнейшие мировые вопросы. Вергилием в этом странном, немного пугающем, но очень живом мире выступает Лев Гуревич, странствующий поэт и философ, который измеряет время расстоянием от летнего солнцеворота, а расстояние – шириной Босфора. В этом герое, существующем на задворках мира, угадывается, конечно, и сам Венедикт Ерофеев. «Вальпургиева ночь, или Шаги командора» – спектакль одновременно смешной и горький, лихой, лиричный, удивительно созвучный времени и вселяющий надежду.

В основе спектакля – роман Льва Толстого «Анна Каренина», а также «Жизнь и судьба» Василия Гроссмана и специально для этой постановки написанный Львом Рубинштейном текст «Вопросы». По признанию создателей спектакля, им хотелось сделать «Анну Каренину» как очередной бунинский «Солнечный удар» – быстро, нежно и страшно. Но «Сережа» – не «Анна Каренина». Это спектакль по мотивам великого романа. Там нет ни Левина, ни Кити, ни Стивы Облонского, нет сенокоса, кваса и потной рубахи и нет потрясающей сцены, когда Каренин пришел к адвокату и, может быть, впервые испытал унижение. Нет сцены скачек, падения Вронского и смерти Фру-Фру, да и паровозика, в общем-то, тоже нет. Разве что игрушечный, маленький. Одним словом, это все похоже на Льва Толстого, но меньше, короче. Как бы фрагмент. А Сережа – это сын Анны Карениной, мальчик восьми лет, который и стоит в центре этого «Солнечного удара», когда все смешалось – не только в доме Облонских, но и вообще.

Спектакль по сонетам Шекспира родился из экспериментальной лаборатории «Артхаб». В предыдущем сезоне лаборатория осваивала новый формат: в ее рамках режиссеры создавали альманах по лирическим произведениям английского поэта. Автор, сценическое пространство и группа артистов объединяют нескольких режиссеров, у каждого из которых свой почерк и взгляд на лирику великого барда. Место действия и предлагаемые обстоятельства едины – аэропорт, зал ожидания, задержка рейса. Вынужденная пауза в беге жизни становится толчком к размышлениям, действиям, чувствам.