Наталья Гришагина — спектакли в Москве

Герои «Счастливого дня» мечтают о счастье. Малое пространство жизни (а где взять большое в провинциальном городке?) будто ограничивает возможности жизни, а значит, и возможности счастья. Так ли это на самом деле? Иллюзия открытого пространства с безграничными возможностями манит многих в большие города. Найдут ли они свой счастливый день вдали от малой родины? И что остается тем, кто никогда не покинет свой город, свое место рождения? Есть ли для них счастливый день в глубокой провинции? Ответить на данные вопросы вам поможет Московский Новый драматический театр на спектакле «Счастливый день»

Уникальный и ни на кого не похожий Даниил Хармс размывал границы между игрой воображения и изображением при помощи слов, играя ими. Если бы Даниил Иванович Хармс решил отпраздновать свое столетие, он бы его отпраздновал, стоя... на подоконнике. Почему на подоконнике? Потому что не в кухне на табуретке и не в комнате на диване. Потому что верхом на подоконнике – парадоксальнее. Оттуда виднее, что вокруг происходит. Или происходило. Или собирается произойти. И в нынешнюю не круглую годовщину Хармсу было бы тоже виднее. Ну так что ж… Зато новый театр возьмет и отпразднует какой-нибудь не круглый юбилей Хармса. И довольно-таки широко и в чем-то даже театрально!

Жанр пьесы – фантастическая драма – не уводит зрителей в вымышленный мир. Несмотря на то, что событие, натолкнувшее авторов на размышления, еще не произошло, сама история, к сожалению, все чаще становится частью жизни... Действие происходит после крупнейшей техногенной катастрофы на планете. Оставшихся в живых людей так мало, что им приходится десятилетиями искать себе подобных, чтобы заново начать строительство новой жизни, но уже на разумных основаниях. Но что значит «на разумных», если оставшиеся в живых потеряли память, и, как следствие, исторический опыт? Ведь даже если и сохранились книги, из которых предыдущее человечество черпало опыт предшественников, живущие сейчас существа утратили не только способность читать, но и просто говорить. Они должны, прежде всего, учиться заново общаться. Как же построить жизнь на этой планете, не повторив ошибок всех предыдущих поколений? И возможно ли со всеми, кто встретится на пути, построить совместную жизнь? Что делать, если они почти звери?

Эти удивительные, полные горечи и юмора жизненные зарисовки за их краткость, скорость развития действия называли новеллами. А за остроту конфликта, драматизм и мастерские диалоги – маленькими пьесами. И в каждой из этих драматических новелл можно отследить хрестоматийных героев и героинь его будущих великих пьес – «Чайки», «Дяди Вани», «Трех сестер», «Вишневого сада» и других. Герои «пестрых рассказов» – до боли знакомые, родные типажи, которые населяют и сегодняшнюю жизнь. Не поэтому ли исполняемые на сцене юмористические новеллы Чехова всегда доставляют несказанное удовольствие зрителям?

Экранизация этой пьесы принесла Ингмару Бергману международное признание и «Золотую пальмовую ветвь» Каннского кинофестиваля. Но знаменитый кинорежиссер и драматург редко позволял ставить свои сценарии на сцене. Запрет касался и «Улыбок летней ночи». Вячеслав Долгачев задумал постановку «Улыбок» еще 16 лет назад во время работы над пьесой Ингмара Бергмана «После репетиции» во МХАТе имени Антона Чехова, в которой играли Сергей Юрский и Наталья Тенякова. Режиссер тепло поздравлял создателей спектакля, но тем не менее разрешение ставить «Улыбки» было получено лишь после смерти автора. Нежная и манящая, как тепло летней ночи, романтическая комедия с удивительным послевкусием. Легкая изящная постановка о любви, которая дает дыхание человеку. О любви, без которой жизнь теряет всякий смысл. О любви, которой, как сказал поэт, «все возрасты покорны». О любви, которая не знает сословных преград. Отношения в обычной и добропорядочной, на первый взгляд, семье. Однако и тут имеются свои нюансы, и если заглянуть за двери супружеской спальни, то можно увидеть много неожиданных, интересных и пикантных подробностей… И все могло бы остаться именно так, но природе свойственно вносить свой порядок и гармонию в отношения мужчин и женщин. Летняя ночь улыбается влюбленным три раза… Что это за улыбки? Ответ на вопрос – в этом спектакле.

Когда кто-то слышит имена Ильфа и Петрова, сразу вспоминается «12 стульев» – любимый и очень читаемый роман, сделавший авторов суперпопулярными на долгие годы. В Новом драматическом театре уже есть спектакли «12 новелл о любви», «Что угодно, или 12 ночь», «12 разгневанных мужчин». Еще раз «12»? Тем более во многих пьесах, идущих на сцене театра, как назло, постоянно 12 персонажей! Посмотрите и посчитайте. С этим надо что-то делать! А ведь так хотелось Ильфа и Петрова… Но ведь не только романы про стулья и золотого теленка писали эти прекрасные фельетонисты. Оказывается, у них были еще и пьесы, написанные словно для Нового драматического театра. И не какие-то там 12 персонажей, а целых 20, если, конечно, патефон можно считать персонажем! А вдруг и патефон заиграет не хуже артистов? Так что Новый драматический театр решился... и представляет зрителю пьесу Ильи Ильфа и Евгения Петрова «Сильное чувство». Такое ясное название, такая веселая история. Что тут мудрствовать, искать какие-то концепции и особые смыслы? Сильное чувство – это… ну, все же знают. Сильное чувство – это… а может, что-то другое? Да, сильное чувство у всех разное. Или все же для всех одно? А если одно, то какое же, какое? Создатели спектакля тоже бьются над этой разгадкой, кажется, вот-вот найдут ее, но водоворот событий этой веселой истории уносит их все время в разные стороны и тут же возвращает к тому же вопросу. Может быть, именно на спектакле станет наконец ясно, какое же «сильное чувство» объединяет многих людей и осталось ли оно у нас спустя почти 75 лет советской власти, так ли уж оно связано с изменениями в социуме?