Ксения Галибина — спектакли в Москве

Что общего между холодным и рассудительным офицером и загадочным романтиком? Всё, если речь идёт о Печорине. Его имя знакомо всем, но что скрывается за образом самого противоречивого героя школьной литературы? Режиссёр Сергей Тонышев заходит на территорию чувств молодого офицера, чтобы «оживить», снять клише и уловить все оттенки этого сложного, парадоксального персонажа. Спектакль строится по форме воспоминаний. Страницы дневниковых записей и «драгоценные воспоминания» то улыбаются и очаровывают тихой красотой и вальсом белых лепестков черешни, то обрушиваются камнепадом и раздаются эхом выстрелов – и в этом столкновении абсолютной лёгкости и мятежности проявляется сама суть «героя нашего времени». «Лермонтов создал настоящую бурю из чувств, которая нужна для того, чтобы ощутить жизнь во всем объеме: каково это так жить и дышать, влюбляться и завидовать, болеть и унижаться. Возможно ли раскаяние? Возможно ли прощение?» – подчёркивает Сергей Тонышев.

Создатели спектакля предлагают свой взгляд на неоднозначную тайну Франца Кафки. В мире парадоксального и абсурдного исследуется самый прочный вид связи – семейные отношения – и их трансформации. Может ли человек противостоять обстоятельствам? И может ли он сохранить себя под воздействием внешнего? Художественное пространство, соотносящееся с ощущением героя, начинает меняться вместе с его внутренними и внешними изменениями, принимая разные формы и объемы. Камерный мюзикл «Превращение» отличает лаконичность постановки, формирующая акцент на актерской игре и живом исполнении вокальных партий. В пространстве семейных отношений, где царит недосказанность и невозможность быть собой, музыка становится мостом, позволяющим услышать то, что невозможно выразить словами. Ироничный тон создает современное звучание, помогающее глубже понять судьбу героев. Спектакль идет в сопровождении камерного оркестра под музыку композиторов Алексея Кириллова и Александры Микаелян. Андрей Гончаров, режиссер: «В пространстве театра мне интересен взгляд Франца Кафки на окружающую реальность и его способ взаимодействия с этой реальностью – когда, например, чудовищное и невозможное становится обыденным, понятным и считается окружающими людьми само собой разумеющимся». В спектакле звучит отрывок финального монолога из рассказа Коли Русского «Отец говорил со мной / Снег любви».

В усадьбе Прозоровых по случаю именин младшей из сестер намечается веселый праздник в кругу эксцентричных гостей. Уже мерещится новая, счастливая жизнь, в которой у каждой из сестер свои мечты. Ирина ищет смысл в работе, Ольга мечтает найти счастье в личной жизни, а Маша пытается убежать от скуки. Но с каждым годом желание что-то менять становится призрачней, и они все больше вязнут в мистическом мороке, окутывающем их дом. «Три сестры» Саши Золотовицкого балансируют между повседневной реальностью и воспаленным сном – с ритуальными обрядами и метафорами болезненных иллюзий. Гротескные, похожие на сомнамбул образы героев усиливают беспощадную правду чеховской жизни. Оторваться от налипшего слоя интерпретаций канонического текста режиссеру удается через современный культурный код и иронию. Абсурд, прорастающий как «сорная трава», отсылки и цитаты других произведений искусства, которыми насыщен спектакль, не отменяют чеховский дух. Здесь все так же через иронию поднимаются экзистенциальные вопросы, а аккомпанементом к боли звучит смех.

Режиссер Мурат Абулкатинов погружается во внутренний мир Гамлета в поиске ответов на вопросы: а должен ли на самом деле Гамлет мстить? Что, если для него месть – не главное? Что тогда существует за пределами мести? И, главное, что важнее мести для него – и для нас – сегодня? Мотивы власти и возмездия отступают перед лирикой и меланхолией. Гамлет – не безумный мститель, а поэт, стремящийся найти ответы на вечные вопросы. Но жизнь не укладывается в книжные истины. Как сегодня будет действовать Гамлет? И между какими «быть» или «не быть» ему предстоит выбирать? Зрители найдут ответы на эти вопросы.

Спектакль режиссера Александра Карпушина «Чужой ребенок» по одноименной пьесе Василия Шкваркина. Для молодой актрисы Мани репетиция первой большой роли неожиданно перетекает в выяснение отношений и переворачивает все с ног на голову. Одно недоразумение запускает вихрь событий и открывает глаза на мир, в котором привычные образы, понятия и представления принимают нелепые, смешные, саркастичные и даже эпатажные формы выражения. Режиссер представит комедию положений с намеренным преувеличением, усиливая характеры до карикатурных, а образы до комических. Но за всем этим праздником театра остаются вполне обычные люди, близкие зрителю, которые могут оказаться соседями, коллегами, а то и членами семьи. А их проблемы такие насущные и простые, что, кажется, смех здесь лучший инструмент, чтобы не бояться страхов, а посмотреть им в глаза.

«Вишневый сад» – последняя пьеса А. П. Чехова, написанная в 1903 году и впервые поставленная годом позже в Московском художественном театре. С самого начала Чехов настаивал на том, что «Вишневый сад» – это комедия. «Я написал комедию, не плаксивую драму. Почему в сообщениях афиш и газет мою пьесу настойчиво повторяют как драма?», – расстраиваясь, писал он. Многие режиссеры были не согласны с мнением автора – так, Станиславский сразу воспринял пьесу как трагедию и спорил с драматургом: «Это не комедия, не фарс, как Вы писали, – это трагедия, какой бы исход к лучшей жизни вы ни открывали в последнем акте». Юрий Муравицкий о пьесе: «Для меня «Вишневый сад» – это пьеса прежде всего о театре. В ней персонажи играют сами себя. Они выступают перед кем-то, что-то демонстрируют. Это бесконечный перформанс, шоу. Персонажи Чехова раскрываются, играя на публику. Думаю, что «Вишневый сад» – это своего рода чеховский «театральный роман», его рефлексия по поводу взаимоотношений в МХТ». Спектакль создавался при участии студентов актерской и режиссерско-актерской лабораторий «Московской Школы Нового Кино».

Конец декабря. На улице мороз, а снега все так и нет… И все бы ничего, если бы это был просто снег. Но в сказочном мире снег – это волшебное топливо, снежная защита, которая оберегает и спасает детей от происков злых волшебников из «Биржи дождевого зла». Они забирают у ребят потраченное на безделье время и с помощью дождя превращают их в стариков. Когда надежда на снег тает, Снегственный отдел по работе с чрезвычайными ситуациями решает действовать! Вас ждет добрая и смешная история, в которой храбрые герои будут спасать Петю Зубова от чар злых волшебников. Но что же поможет спасти мальчика и вернуть ему похищенное время, если снега все так и нет? «Сказка о потерянном времени» в постановке Александра Карпушина – спектакль для всей семьи о том, как вера в себя и доброта могут изменить жизнь. Главное – поверить в свои возможности, научиться прощать и быть чуткими к другим. «Дети заставляют нас, уже, к сожалению, взрослых, перевернуть свой взгляд, развернуться в другую сторону и прокрутиться несколько раз, потом подпрыгнуть, коснуться земли, резко побежать, упасть, взлететь, покатиться кубарем и долго хохотать над своими приключениями. Дети нас учат, а мы пытаемся учиться у них. Мы придумываем историю про время, которое почему-то потерялось. Кто и что сделал со временем, что оно вдруг пропало… И обязательно надо узнать, кто нас всех спасет! Мы будем расследовать, разыскивать, рисовать и улыбаться. А иногда, тихо, пока никто не видит, сможем растаять и испытать самые теплые, нежные чувства. Дети – это все равно очень трогательно. Хочется быть честными с ними в их и наших фантазиях!», – говорит режиссер Александр Карпушин.