Александр Масалов — спектакли в Москве

Одним из главных героев пьесы является музыка Вольфганга Амадея Моцарта, которая станет весомым аргументом в споре посредственности и гениальности. Спектакль посвящается памяти выдающегося актера современности народного артиста Союза Советских Социалистических Республик Олега Табакова, более 30 лет блестяще исполнявшего роль Сальери. Эта постановка – современный взгляд на вечный конфликт моцартианства и сальеризма, творца и ремесленника, любви и зависти. Пьеса начинается со вступительных слов старого Сальери. Он вспоминает, как всегда хотел обладать музыкальным талантом, о чем страстно просил Бога. Взамен он обещал вести праведную жизнь, быть верным жене и помогать неимущим. В годы его расцвета композитор познакомился в Вене с Моцартом, именно эту историю он хочет рассказать зрителям.

Сегодня философская притча Льва Толстого, в которой «толстовство» как цельное миросознание получило художественное воплощение, продолжает жить не только в литературном произведении, но и на театральной сцене, глубоко задевая зрительские души, заставляя размышлять о зле и добре, грехе и ответственности за грех, о животном и человеческом, о жизни и смерти. Созданная Марком Розовским и Юрием Ряшенцевым пьеса «История лошади» в жанре «русского мюзикла» на основе классической литературы живет на сцене с 1975 года.

Пьеса «Анна на шее» была написана Чеховым в 1895 году. Автор показал драму молодой женщины, вынужденной продавать себя. И хотя у Чехова нет прямого осуждения или обличительства, горькая ирония, ощущение неприглядности и драматизма всей этой истории, бесспорно, присутствуют. В своих записках сам Чехов подвел сюжет рассказа «Анна на шее», тогда еще не написанного: «Бедная девушка, гимназистка, имеющая пять братьев мальчиков, выходит за богатого чиновника, который попрекает ее каждым куском хлеба, требует послушания, благодарности (осчастливил), издевается над ее родней. «Каждый человек должен иметь свои обязанности». Она все терпит, боится противоречить, чтобы не впасть в прежнюю бедность. Приглашение на бал от начальника. На балу она производит фурор. Важный человек влюбляется в нее, делает любовницей (она обеспечена и теперь). Когда она увидела, что начальство у нее заискивает, что мужу она нужна, то уже говорит дома мужу с презрением: «Подите вы прочь, болван!» Народный артист РФ Марк Розовский подошел к постановке со свойственным ему юмором и иронией, которые выгодно отличают почерк этого мастера от других. Музыка, написанная заслуженным артистом РФ Максимом Дунаевским, и стихи Юрия Ряшенцева в спектакле прозвучат в живом исполнении.

Художественный руководитель театра Марк Розовский вновь обращается к отечественной классике. На сцене театра – трагикомедия «Горе без ума», сценическая редакция бессмертного шедевра российской словесности. Комедия в стихах «Горе от ума» А. Грибоедова чрезвычайно злободневна: в центре – конфликт общества и личности, противостояние чести и подхалимства, любви и пошлости, верности и предательства. Критический взгляд на состояние современного мира усиливают используемые Розовским в постановке фрагменты переписки А. Пушкина с П. Чаадаевым.

Афиша удивит: «Владимир Набоков «Анна Каренина». Разве не Толстой? Поэтому и следовало приписать – лекция, а если точнее – lecture. Но и Толстой будет присутствовать, ведь он – основной автор. Он автор первоисточника – романа, который восхитил Набокова и весь читающий мир. В какие-то моменты лекции кажется, что Набоков чуть ли не завидует Толстому, там, где мастерство приводит его в восторг. Надо помнить, что Набоков мало кем восхищался из своих коллег по литературе, громил всех направо и налево, а тут… Тут преклонение, иного слова не подобрать. Этакий стокгольмский синдром в мире словесности. Это на самом деле очень опасно и всегда случается, когда писатель пишет о писателе. А в этом случае опасно стократ, ибо об одном гении пишет другой гений. И это будет не очередная инсценировка (или экранизация), которым несть числа, а совершенно новая попытка освоить миры и смыслы великого романа. Важно открыть сотрудничество мастеров, переходящее в сотворчество. Толстой-художник и Толстой-проповедник – кто важнее и ближе сегодня? А может, они все-таки неразделимы и Набоков был неправ?